Внебрачные тайны

Есть поступки, которые взрослые совершают, но не признаются в них. И тогда эти поступки становятся не их проблемой, а проблемой потомков.

Внебрачные связи – одна из таких ситуаций, особенно, если у такой связи есть последствия, ребенок.

Ребенок, существование которого скрывают, есть. Он живет, развивается, как-то пытается в жизни проявиться (хотя ему это сложнее, чем детям в семьях). Отец (чаще всего существование внебрачных детей скрывают отцы) делает вид перед своей семьей, что того, другого, не существует. Со своей женой он делает вид, что «ничего не было»; со своими детьми, что «никого нет».

Всю жизнь делать вид тяжело. Тайна изнутри разъедает. Между супругами возникает необъяснимое напряжение, которое со временем приводит к беспричинным ссорам и претензиям. Замалчивание приводит к недоверию, суть которого неясна, что еще больше создает напряжение. Люди не любят, когда что-то не ясно.

Мужчина остался в семье, он выбрал свою жену и своих детей – но не всех. Одного, рожденного вне брака, исключил.

Все исключенное стремится к проявлению; все тайное должно стать явным. И вот дочь «приносит в подоле», являясь образцом того, что пережила та, другая, и как чувствует себя непризнанный ребенок. Все повторяется, только уже не с тобой, а с твоим ребенком. И у тебя есть два решения: 1. Видеть; 2. Не видеть.

Видеть, как пострадала твоя дочь – и тогда начинать осознавать, как чувствовала себя женщина, с которой «ничего не было». Как она переживала людские сплетни, как она пыталась сохранить лицо, как она не знала, что ответить на детские вопросы «а где мой папа» и т.д. Если мужчина выбирает «видеть», то напряжение понемногу спадает.

Не видеть: отвернуться, не признать, отказаться уже и от этих детей (дочери и ее ребенка), привычно делать вид, что «никого нет». Это может быть как явно, так и неявно. Явно: «Какой позор, как ты могла, ты мне больше не дочь». Неявно: ты есть, но тебя и нет. Вроде и принять, но вести себя так, будто ничего и не произошло. Напряжение в семье нарастает.  

Тайна никуда не девается. Она по-прежнему тайна; тот, забытый за давностью лет, ребенок, по-прежнему ребенок. Но, так как творец тайны в ней не признается, она продолжает свой путь по детям – и течет себе дальше в поколения, создавая необъяснимое напряжение в телах, делах и отношениях.

Обычно больше всего достается детям и внукам, но иногда доходит и дальше (если дети и внуки повторяют такую же динамику в своей жизни, рождая внебрачных детей и не признавая их).

Что происходит с детьми и внуками тех отцов, которые скрыли своих внебрачных детей?

Эти люди вроде живут, но и не живут; они вроде есть, но их и нет. Они не проявляются, не берут ответственности за свою жизнь, во всем виноваты. При этом они могут стать борцами за справедливость и самыми ярыми обвинителями. Они живут будто в вате: вроде и не тяжело, но и ничего непонятно. Непонятно, как строить отношения, как зарабатывать деньги, как воспитывать детей. Они проживают в тумане, им сложно принимать решения, они не знают своих потребностей. И если при их жизни тайна не признается, то такое же состояние передается их детям. И дети также живут в тумане и напряжении.

Чтобы убрать «вату», кому-то нужно увидеть правду. «Таинственные» семьи – это ослабленные семьи. В них потомки не живут своей жизнью, а пытаются выбраться из тумана. Или всю жизнь борются за чью-то правду, обычно – чужую (часто борьба за правду переносится на политическое поле битвы).

От таких тайн страдает мужское достоинство (а вместе с ним – и женское). Сокрытие – это проявление слабости, и с этой слабостью потом мужчина всю жизнь живет или с ней борется (например, агрессией, направленной на жену или всех женщин).

Признать, рассказать, проявить – это достойно. Да, это тяжело пережить, всем. Но признание не требует переживания длиною в несколько поколений. Да, признание может иметь последствия, например, жена может уйти. Но сокрытие создает ситуацию, при которой жена все равно уходит, только неявно, бессознательно, долго и мучительно.   

Не признавать – значит, выбрасывать из своего опыта огромный и ценный кусок жизни: и своей, и чужой. Признать – совершить выбор и иметь силы остаться в нем и нести ответственность.

В конце концов, для внебрачного ребенка внебрачная связь – цена его жизни, только благодаря ей он и родился. И если все признают эту цену – и его мать, и его отец, и жена отца, и его братья-сестры – то проблемы нет. Внебрачный ребенок есть – а проблемы нет. И все чувствуют себя достойными. Достойными жизни.

P.S. Все вышесказанное справедливо и в случае нерожденных, но зачатых (и не признанных) вне брака детей (абортированных, выкидышей и т.п.).

Об авторе

фейсбук-страница Ольги Артеменко

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Комментарии

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Введите правильный ответ *